Армянский монастырь близ Бахчи-Эли в Юго-Восточном Крыму
Памятники архитектуры и предметы быта, национальная кухня и восточный колорит... Не многие народы смогли оставить столь заметный след в истории полуострова как армяне. И это не удивительно, поскольку армянская община одна из старейших в Крыму. Наиболее ранние упоминания о ней относятся еще ко временам Византийской империи. В связи с продвижением турок-сельджуков в пределы Армении, на рубеже XI – XII вв. большие группы армян покидают свою историческую родину и переселяются на территорию Византии, в т.ч. и в Крым. Селятся они здесь в крупных городах и занимаются преимущественно ремеслом и торговлей. Масштабная же армянская миграция начинается несколько позднее. И вот она уже оставляет по себе более значительный след. В первой половине XIV века по многочисленным письменным и археологическим данным армянские общины и селения появляются не только в крупных городах и их округе, но и во многих районах предгорного и горного Крыма. На рубеже XIV – XV веков и позднее на территории полуострова уже функционировало более полусотни церквей и несколько монастырских комплексов, на одном из которых остановимся подробнее.
Точных данных о том, когда сформировался армянский духовный центр в окрестностях татарского селения Бахчи-Эли (совр. с. Богатое, Белогорский р-н) пока нет. Храм и монастырское подворье на правом берегу маловодной речки Кучук-Карасу одним из первых упоминает армяно-католический викарий Минас Бжишкян (1777–1851), служивший в 1820-е гг. в Карасубазаре (совр. Белогорск). По его данным около 1810 года группа армян из Карасубазара восстановила двери в храме, а над его южным порталом сохранилась старая армянская надпись. Церковь была небольшой и окружена несколькими монашескими кельями. Сам комплекс Минас называет монастырем Спаса Преображения Господня. За храмом же закрепилось несколько наименований. Он известен как храм Спасителя, Святого Спасителя (Сурб Пркчи), Святого Всеспасителя (Сурб Аменапркчи) и со второй половины XIX в. – Святого Ильи или Ильинская церковь.
В 1850–1860-е гг. в монастыре производятся крупные ремонтные и восстановительные работы, поддержку которым оказывал видный духовный просветитель Гавриил Айвазовский. В это время расположенный поблизости от монастыря родник привлекал не только паломников, но и многочисленных отдыхающих и путешественников, о чем упоминалось в нескольких крымских путеводителях.
Летом 1886 года селение Бахчи-Эли посетил известный востоковед-тюрколог В. Д. Смирнов и оставил следующее его описание:
«…Одна достопримечательная татарская древность существует в местечке, называемом Бакчэ-Или, между Орталаном и Карасу-Базаром, на расстоянии 8 верст от первого и 12-ти от второго. Местечко это лежит в долине, по которой бежит довольно быстрая речка. К северо-востоку на горе виднеется татарская деревня Текье, где есть татарское медресе, мечеть и довольно старое татарское кладбище. К югу, также на горе, находится армяно-грегорианский монастырь Спаса, все постройки которого новые, но на развалинах древнего сооружения. Сам храм древний, но обновлен и надстроен, как это можно заметить по треугольному очертанию в верхней части фасада: все, что выше линий этого треугольника, нанесено после на древнюю базилику. Внутреннее устройство храма несколько напоминает архитектуру храма монастыря Св. Креста. Ковчег храма завершается двумя готическими полуарками, к вершинам которых идут скрещиваясь круглые, рельефные, высеченные из камня нервюры (выступающее укрепленное ребро свода). На месте пересечения их есть медальон с барельефным изображением Агнца. По бокам алтаря вверху барельефные изображения – с одной стороны Архангела Гавриила, а с другой – Пресвятой Девы, осененной балдахином с короною. Слева над Нею изображение Св. Духа в виде голубя. В алтарной нише также есть барельефное медальонное изображение Агнца, обращенного головою вправо, тогда как на предыдущем изображении голова справа повернута назад. Позади алтаря есть абсида, в которую надо проникать через маленькую лазейку. Из этой абсиды ведет лесенка теперь на чердак храма, а прежде это был ход, должно быть, на колокольню, которой более не существует…»
Интересно, что в сообщении В. Д. Смирнова церковь все еще именуется храмом Спасителя, а вот, спустя более чем десять лет, в сообщении другого исследователя, Арсения Ивановича Маркевича (1855–1942), она уже посвящена Святому Илье. Он посетил эти места летом 1898 года и обнаружил, что в храме хранится камень с изображением креста и неразборчивой армянской надписью с вполне ясной датой, относящейся к концу XVI в. После расспросов, было выяснено, что камень этот принесли местные жители со старых развалин, находящихся в трех верстах от Бахчи-Эли, в лесу.
После Революции и Гражданской войны в окрестностях современного Белогорска функционировало только три армянские церкви и один монастырь в Бахчи-Эли. В 1927 году он был советской властью ликвидирован. Монастырские постройки были заброшены, от многих не осталось и следа. О том, как выглядел комплекс, можно судить по сохранившимся фотографиям и архитектурным планам отдельных строений, а в 1950-е гг. даже возникали планы проведения здесь реставрационных работ. В это время еще существовало здание т.н. фонтана (того самого монастырского родника), расположенного в 60 метрах от храма. Представляло оно собой вытянутое прямоугольное помещение 3,8 х 6 м, перекрытое несколькими полукруглыми сводами. Высота его составляла более 4 метров. В 1960-е гг. постройка эта была, к сожалению, полностью разобрана.
Тогда же монастырским комплексом заинтересовался известный отечественный археолог и специалист по средневековой архитектуре А. Л. Якобсон. Он осмотрел остатки храма, сделал его описание, снял обмеры и сделал несколько зарисовок. На результатах его исследований строится, в целом, современная датировка культовой постройки.
По замечанию Анатолия Леопольдовича памятник этот своеобразен и имеет определенный историко-архитектурный интерес, так как он «занимает промежуточное положение между собственно армянской и европеизирующей» средневековой архитектурой, известной на полуострове.
Сам храм представляет собой удлиненное здание размером 18х8,5 м под двухскатной крышей (первоначально, по замечанию А. Л. Якобсона). Апсида находилась в восточной части и по армянской традиции была встроена в здание и снаружи не выделялась. С северной, южной и западной стороны имелось три входа. Два были обрамлены выступами-пилонами, соединенными стрельчатыми арками в виде порталов, и еще один украшен сложным резными рельефом в «крымско-сельджукском» стиле XIV–XV вв.
Храм был сложен из плитняка на непрочном известковом растворе с прокладкой деревянных брусьев-лежней. Углы и ответственные архитектурные части выложены из гладкого штучного камня. Тесаными плитами был облицован и свод. Стены поверх камня были оштукатурены, так же как и большинство подобных построек в Крыму, что дает основание А. Л. Якобсону видеть в строителях храма местных мастеров.
Внутреннее пространство храма делится на три части несколькими подпружными арками. Особенно выделяется средняя часть с крестовым сводом (подобное архитектурное решение наиболее близко западноевропейскому романскому зодчеству и в греко-византийской и армянской архитектуре не встречается). По сторонам апсиды имелось два небольших помещения, соединенных узким коридором – жертвенник и дяьконик, вход в которые, видимо, был устроен не как обычно через храм, а сразу с восточной стороны (сейчас там большой пролом в стене).
От убранства храма сохранились довольно многочисленные рельефы на евангельские сюжеты (некоторые были обнаружены в завалах храма в 1990-2010-е гг.), размещавшиеся на восточной и северной стенах здания. Подобные рельефы и изобразительные элементы не характерны ни для византийской, ни т.н. романской архитектурной традиции, но часто встречаются в армянских храмах XIII–XIV вв.
Таким образом, изучив весь сохранившийся архитектурный ансамбль церкви Св. Ильи, А. Л. Якобсон предположил, что храм мог быть возведен не ранее XIV в. Однако, поскольку были отмечены неоднократные его перестройки, то датировка эта может еще измениться.
В 1979 г. на территории бывшего монастыря были проведены первые, пусть и небольшие, археологические исследования под рук. В. А. Сидоренко (Отдел археологии Крыма Института археологии АН УССР). Тогда были прослежены фундаменты келий и хозяйственных построек, остатки ограды монастыря и нескольких построек к северу от храма. Частично результаты этих археологических работ подтвердили существование здесь в эпоху средневековья армянского монастыря, пережившего в XIX веке значительную перестройку.
